О Б З О Р

судебной практики по уголовным делам, рассмотренным гарнизонными военными судами подведомственными Балтийскому флотскому военному суду, в I полугодии 2025 года

(извлечение)

(извлечение информации из документа было произведено на основании приказа Министра обороны РФ от 17.01.2022 N 22 "Об утверждении Перечня сведений Вооруженных Сил Российской Федерации, подлежащих отнесению к служебной тайне в области обороны")

2 Примеры правильного применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов при рассмотрении уголовных дел (материалов) по некоторым наиболее распространенным категориям дел и делам, представляющим повышенную сложность

2.1. Досудебное производство

В качестве примера правильного разрешения такого ходатайства следует привести постановление Калининградского гарнизонного военного суда от 13 марта 2025 г., которым рассмотрено уведомление руководителя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по Калининградскому гарнизону Ф. о проведении старшим следователем - криминалистом этого же отдела К. на основании собственного постановления, в период с 15 часов 14 минут до 16 часов 44 минут 11 марта 2025 года, обыска в жилом помещении, по месту жительства Ф., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ, без получения судебного решения.

Принятое органами следствия решение о производстве обыска в жилище подозреваемого без получения судебного решения обоснованно мотивировано положениями ст. 182 УПК РФ.

При разрешении данного вопроса, судом было установлено, что уголовное дело возбуждено и расследуется по основаниям и в порядке, установленном правомочным на то должностным лицом при наличии достаточных данных о событии инкриминируемого деяния и данных, указывающих на возможное причастие Ф. к его совершению. Обыск в жилище был произведен в присутствии подозреваемого и двух понятых, которым до начала обыска было объявлено постановление о проведении обыска, разъяснены их права и порядок проведения следственного действия. Перед началом обыска Ф. добровольно выдал предметы, которые могут иметь значение для дела, эти предметы были изъяты и надлежащим образом упакованы. Замечаний по окончании производства следственного действия относительно полноты и правильности изложенных в протоколе сведений от участников следственного действия не поступило.

Учитывая, что в представленных в суд материалах содержались достаточные данные о наличии у следователя оснований для безотлагательного проведения обыска в жилище подозреваемого, требования закона при производстве обыска в жилище Ф. были соблюдены в полном объеме, гарнизонный военный суд пришел к правильному выводу о законности обыска в жилище подозреваемого Ф.

В качестве примера правильного решения вопроса по указанной категории дел можно привести постановление Калининградского гарнизонного военного суда от 12 марта 2025 года по жалобе Х.

Х. обратился в гарнизонный военный суд в порядке ст. 125 УПК РФ с жалобой, в которой просил суд обязать начальника УФСБ России по Балтийскому флоту и войскам в Калининградской области осуществить уголовное преследование командующего СЗО ВНГ России, а также взыскать с него компенсацию морального вреда.

Рассматривая данную жалобу, гарнизонный военный суд правильно руководствовался ст. 125 УПК РФ и разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», согласно которым предметом обжалования в суде могут быть постановления дознавателя и следователя об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения, действия (бездействия) дознавателя, следователя и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

В ходе предварительной подготовки к судебному заседанию по рассмотрению жалобы, поданной в порядке статьи 125 УПК РФ, судья выясняет в том числе, имеется ли предмет обжалования в соответствии с данной статьей, и в случаях, когда отсутствует предмет обжалования, то есть отсутствуют основания проверки законности и обоснованности действий (бездействия) или решений должностного лица, выносит постановление об отказе в принятии жалобы к рассмотрению.

Установив, что в представленной жалобе Х. не имеется ссылок на конкретное процессуальное решение дознавателя и следователя, а равно иные решения, действия (бездействия) дознавателя, следователя и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, суд пришел к правильному выводу об отсутствие предмета рассмотрения жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ, отказав в принятии данной жалобы к своему производству.

2.2. Судебная стадия рассмотрения уголовных дел

2.2.1. Квалификация преступлений

Верно были квалифицированы действия лиц по хищению чужого имущества в приговоре Калининградского гарнизонного военного суда от 14 марта 2025 года в отношении К.

Согласно приговору К. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных УК РФ, осужден по совокупности преступлений и приговоров к лишению свободы на срок 18 (восемнадцать) лет.

Из приговора суда следует, что 3 ноября 2024 года К. открыто похитил из магазина имущество на общую сумму 29900 рублей. Желая помочь продавцам магазина в поимке преступника гражданин С. стал преследовать выбежавшего из магазина *** К. Однако, последний, не желая возвращать похищенное, направил в сторону гражданина С. находящийся у него пневматический пистолет, угрожая насилием опасным для жизни. Данные угрозы гражданин С. воспринял реально.

Органами предварительного следствия действия К. были квалифицированы по ч. 2 ст. 162 УК РФ как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 5 постановления от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия - как разбой.

Как следует из абз. 4 пункта 23 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если лицо угрожало заведомо для него негодным или незаряженным оружием, не намереваясь использовать эти предметы для причинения вреда, опасного для жизни или здоровья, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств, предусмотренных в качестве признаков преступления) с учетом конкретных обстоятельств дела следует квалифицировать как разбой, ответственность за который предусмотрена частью первой статьи 162 УК РФ.

Достоверно установив, что примененный К. пистолет для производства выстрелов не пригоден, гарнизонный военный суд правильно переквалифицировал его преступные действия с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 162 УК РФ.

2.2.2. Назначение уголовного наказания

Примером правильного применения норм статьи 63 УК РФ (обстоятельства, отягчающие наказание) является приговор Калининградского гарнизонного военного суда от 5 марта 2025 года в отношении Г.

Согласно приговору Г. осужден за тайное хищение имущества случайного знакомого К. на общую сумму 30000 рублей, что являлось для потерпевшего значительным ущербом, и признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

В соответствии с пунктом «а» части 4 статьи 18 УК РФ при признании рецидива преступлений не учитываются судимости за умышленные преступления небольшой тяжести.

Установив, что преступление, за которое Г. был осужден приговором мирового судьи судебного участка 34 Карачевского судебного района Брянской области 28 сентября 2023 года относится к категории небольшой тяжести, а также, что связь данного противоправного деяния с проводимой Российской Федерации частичной мобилизацией результатами судебного следствия не подтверждена, гарнизонный военный суд пришел к обоснованному мнению об отсутствии оснований для учета в качестве обстоятельств, отягчающих наказание, рецидива преступлений и совершение Г. преступления в период мобилизации.

В качестве примера правильного прекращения уголовного дела – дела частного обвинения можно привести постановление Калининградского гарнизонного военного суда от 30 апреля 2025 года в отношении К.

К. частным обвинителем С. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, совершённом при следующих обстоятельствах.

Около 13 часов 31 января 2025 года К., находясь в помещении ООО «Айсберг Строй», в ходе внезапно возникшего конфликта с С., нанёс ему не менее трех ударов кулаком в область лица, причинив легкий вред его здоровью.

В судебном заседании частный обвинитель С., который является и потерпевшим по данному уголовному делу, представил суду письменное заявление о прекращении уголовного дела, поскольку К. полностью возместил ему моральный вред и материальный ущерб, принёс свои извинения, которые он принял.

Рассмотрев вышеуказанное ходатайство потерпевшего, которое поддержал и подсудимый К., гарнизонный военный суд прекратил дело на основании ч. 2 ст. 20 УПК РФ – в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. При этом суд обоснованно учел разъяснения, содержащиеся в пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», согласно которому, если по делу частного обвинения стороны заявили о примирении, судья не вправе отказать в прекращении уголовного дела за примирением сторон, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ.

3. Характер и причины судебных ошибок, допущенных в первом полугодии 2025 года

Если подозреваемый был задержан, а затем заключен под стражу, то этот срок исчисляется с момента задержания. Срок, исчисляемый сутками, истекает в 24 часа последних суток

Апелляционное постановление Балтийского флотского военного суда от 20 марта 2025 года №22к-26/2025 в отношении Ф.

Постановлением Калининградского гарнизонного военного суда от 13марта 2025 года ходатайство следователя военного следственного отдела СК России по Калининградскому гарнизону удовлетворено и в отношении Ф., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.3 ст. 291.1 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 мес. 27 суток, с учетом времени его задержания, то есть до 8 мая 2025 года включительно.

Рассмотрев материалы досудебного производства по апелляционной жалобе защитника, флотский военный суд пришел к выводу о том, что мера пресечения в виде заключения под стражу гарнизонным военным судом в отношении Ф. была избрана обоснованно, и невозможность применения к нему более мягкой меры пресечения в оспариваемом постановлении надлежащим образом мотивирована. В то же время указанное постановление суд изменил, исходя из следующего.

Так, по смыслу ст. 109 УПК РФ, сроки содержания под стражей исчисляются сутками и месяцами. Из положений частей 9 и 10 указанной статьи следует, что течение срока содержания под стражей начинается в день заключения лица под стражу на основании судебного решения об избрании заключения под стражу в качестве меры пресечения (час заключения лица под стражу в качестве меры пресечения во внимание не принимается). Истекает срок в 24 часа последних суток срока независимо от того, приходится ли его окончание на рабочий или нерабочий день. Для правильного установления даты окончания срока содержания под стражей необходимо учитывать положения ч. 10 ст. 109 УПК РФ. Если подозреваемый был задержан, а затем заключен под стражу, срок в соответствии с ч. 3 ст. 128 УПК РФ исчисляется с момента фактического задержания.

Принимая решение о продлении Ф. срока содержания под стражей суд посчитал, что последний день срока в 1 мес. 27 сут., на который Ф. избрана мера пресечения, выпадает на 8 мая 2025 года.

Однако такой вывод, изложенный судом как в мотивировочной, так и в резолютивной частях обжалуемого постановления, является ошибочным, поскольку с учетом задержания Ф. 11 марта 2025 г. последним днем его содержания под стражей в течение указанного срока является 7 мая 2025 года.

В качестве подтверждения того, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Апелляционное постановление Балтийского флотского военного суда от 14 мая 2025 года №22к-48/2025 в отношении А.

Органами предварительного следствия А. подозревается в совершении преступлений, предусмотренных пунктами «а», «в» части 2 статьи 163 УК РФ и части 2 статьи 213 УК РФ. В связи с расследуемым уголовным делом, которое возбуждено 24 апреля 2025 г., А. 28 апреля 2025 г. был задержан в порядке статей 91, 92 УПК РФ.

29 апреля 2025 г. старший следователь-криминалист военного следственного отдела с согласия руководителя следственного органа ходатайствовал перед Калининградским гарнизонным военным судом об избрании А. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц и 25 суток, по 24 июня 2025 г., включительно.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении данного ходатайства следователя.

Рассмотрев материалы по апелляционному представлению военного прокурора, флотский военный суд постановление гарнизонного военного суда отменил, обосновав это следующим.

Как видно из обжалуемого постановления суда, оно мотивировано отсутствием доказательств, которые с высокой степенью вероятности свидетельствовали бы о том, что А., будучи не под стражей, может угрожать потерпевшему и свидетелям, воспрепятствовать установлению истины по делу или скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью. При этом, как указал суд, тяжесть преступлений, в совершении которых подозревается А., сама по себе не может признаваться достаточным основанием для избрания этой меры пресечения.

Между тем, данная правовая позиция сделана без учета следующих установленных в суде первой инстанции обстоятельств, норм процессуального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, на основании статьи 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый либо обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии с частью 1 статьи 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями 1.1, 1.2 и 2 настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Статьей 99 УПК РФ установлено, что при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных в статье 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, его совершение с применением насилия либо с угрозой его применения, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» содержится разъяснение, согласно которому в качестве подтверждения того, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

В представленных материалах имеются достаточные сведения о событиях преступлений и возможной причастности к ним А., подозреваемого в совершении двух преступлений, отнесенных уголовным законом к категории тяжких, за каждое из которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до семи лет, а одно совершено с применением насилия. Это показания в гарнизонном военном суде самого подозреваемого А., исследованные судом протокол допроса потерпевшего К., протоколы осмотра предметов (документов) – оптических дисков с видеофайлами, другие письменные доказательства.

При таких данных суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, не учел тяжесть преступлений, в совершении которых подозревается А. и возможность назначения ему наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Указание судом о наличии у А. регистрации, постоянного места жительства, привлечение его к уголовной ответственности впервые, удовлетворительные характеристики, с учетом тяжести преступлений, в совершении которых подозревается А., не опровергают доводы следствия о возможности подозреваемого скрыться от органов предварительного следствия и суда либо иным путем воспрепятствовать установлению обстоятельств совершенных преступлений.

Более того, суд первой инстанции указал в постановлении, что А. командованием по службе характеризуется удовлетворительно. Однако данное утверждение, на что обращено внимание в апелляционном представлении, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку согласно служебной характеристике от 28 апреля 2025 г. А. характеризуется отрицательно.

Таким образом, суд, принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя, в нарушение требований уголовно-процессуального закона, оставил без внимания необходимые для принятия законного и обоснованного решения обстоятельства, оценка которых имеет существенное значение для разрешения ходатайства следователя и могла повлиять на выводы суда.

При указанных обстоятельствах постановление суда об отказе в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу нельзя признать законным и обоснованным, соответствующим требованиям ст. 108 УПК РФ, в силу чего оно подлежит отмене.

Балтийский флотский военный суд